Маирбег Кокоев: Большинство операций мы должны проводить на месте, а не отправлять наших граждан за пределы страны

ср, 22/01/2014 - 10:24

Профессия врача в любом обществе всегда воспринималась по-особенному. Да и отношение к людям в белых халатах всегда было доверительное, трепетное и уважительное. Но есть в этой благороднейшей профессии отдельная каста – этакое олицетворение суровости, неприступности и непробиваемости – хирурги.

Почему-то всегда казалось, что хирург, ловко орудующий скальпелем в человеческих органах, должен быть человеком жестким или, по меньшей мере, не всегда благодушным, лишенным всякого сострадания и излишней сентиментальности. Вопреки подобным стереотипным рассуждениям наш сегодняшний респондент Маирбег Кокоев, главврач нашей Республиканской больницы, хирург, несколько лет назад вернувшийся в Цхинвал из далекого Севера, человек с какой-то особенной харизмой, располагающий к себе искренностью и открытостью. И эти предположения оправдываются с первых же минут нашего с ним разговора. Человек абсолютно простой в общении, без всякого намека на веру в собственную значимость, по хорошему «больной» профессией и проблемами своих пациентов, доктор, от которого веет уверенностью и в то же время твердой целеустремленностью к будущим успехам. Он еще достаточно молод, чтобы останавливаться на достигнутом, но уже сейчас заявил о себе как о высокопрофессиональном специалисте, которому верят, на которого надеются и которому неустанно выражают благодарность сотни его пациентов. В Республике, где его профессиональные навыки пришлись как нельзя кстати, за несколько лет о нем узнали почти все. Именно он сделал возможными операции с помощью лапароскопической методики в Южной Осетии, что позволило множеству наших сограждан получать квалифицированную помощь, не выезжая для этого за пределы страны. Но все же, главной «зарисовочной» чертой личности доктора Кокоева является его человечность. Он выслушает, поможет, поддержит, даст нужный совет – теплые слова в адрес Маирбега Дмитриевича столь же часты, как и успешно осуществленные операции. Мы встретились с Маирбегом Кокоевым в Республиканской больнице после очередной операции.

– Давайте начнем с самого начала. Что побудило Вас связать жизнь с медициной?

– Прозвучит несколько смешно, но случай из далекого детства стал предопределяющим в моей жизни, в выборе профессии. Мне было лет 6-7, наверное, когда я неудачно упал, в результате чего рассек лоб. В районной больнице, куда меня родители экстренно доставили, дежурил хирург, молодой мужчина, который, накладывая швы на рану, стал со мной разговаривать как с равным, дабы отвлечь меня от болезненных ощущений. К концу операции я был уже его «другом». Его ловкие, точные действия оказали на меня потрясающее впечатление. К моменту, когда уже боль ушла и мы с моим новоиспеченным «другом» вынуждены были расстаться, на вопрос, заданный им на прощание, касающийся выбора профессии в будущем, я уже с твердой уверенностью ответил: – Хирургом! J… И это утверждение отложилось в подсознании навсегда. Желание быть врачом с годами только крепло, но я плохо представлял, как буду реализовывать мечту своего детства. Рос я в семье, совершенно далекой от медицины, мама занималась воспитанием детей, которых у нее вместе со мной было пятеро, отец – простой сельский труженик, работал в местном совхозе. Несмотря на скромные возможности, у родителей, тем не менее, была твердая решимость дать детям максимум всего возможного, чтобы они стали людьми образованными. Учился я в Мугутской средней школе, какими-то, как принято говорить, выдающимися способностями и успехами в учебе не выделялся, ровно на четверки заканчивал класс за классом. Кстати, в классе нас было тридцать человек. Вы можете себе представить, что эта цифра значит сегодня? В селах в пору моего детства было многолюдно, и образование – не хуже, чем в городе…
В 1983 году я окончил школу и, подчиняясь зову сердца, принял решение поступить в Тбилисский медицинский институт. В тот год Юго-Осетинской Автономной области выделили лимиты в названный ВУЗ, однако мне не удалось достаточно хорошо сдать экзамены, и к вопросу получения образования я вернулся только через пару лет, поскольку пока отслужил в армии, а потом еще год готовился к экзаменам. В этот раз попытать счастья я решил во Владикавказе. Подал документы во владикавказский медицинский институт, успешно сдал экзамены и полностью окунулся в учебный процесс. Шесть лет пролетели как один. Год 1993. Тяжелое безвременье, сложности, неизвестность впереди. Нам выдали дипломы и недвусмысленно намекнули, что ни о каком распределении или трудоустройстве речь идти в это сложное время не может. Возможности продолжить образование в интернатуре тоже не было – она во Владикавказе была переведена на коммерческую основу. Деньги по тем временам нужны были немалые, а их у меня, как можно предположить, не было. В общем, недолго думая, я принял для себя решение уехать на север. И уехал я в… Мурманск. Октябрь месяц на дворе, жутко холодно, я в тоненькой куртке, без определенного представления, что делать дальше. Но не уезжать же ни с чем обратно. Обратился в министерство здравоохранения Мурманской области, меня приняли в интернатуру по хирургии в областную больницу. Год я вкалывал как проклятый, постоянно брался за ночные дежурства, ассистировал состоявшимся специалистам при операциях. Коллектив, должен отметить, принял меня благодушно и спустя год я уже получил полноценную ставку хирурга. Это была достаточно развитая по тем временам больница, с приличной материально-технической базой. Опуская различного рода трудности, прежде всего, материальные, через которые, в принципе, приходится пройти каждому начинающему специалисту, хочется сказать, что тот период работы очень многое мне дал в плане личностного и профессионального развития. Кстати, в одно время в нашу больницу приехали американские специалисты, которые обучали местных врачей-хирургов операциям на лапароскопе. В те годы это было чем-то новым в медицине. Но очень скоро данная методика стала самой востребованной со стороны пациентов. Получив все необходимые консультации от американских специалистов, мы успешно стали внедрять в нашу практику подобные операции.
Отработал я в областной больнице семь лет, после чего меня пригласили на должность заведующего отделением хирургии в больницу города Киров Мурманской области. Отделение, надо сказать, достаточно большое – на 80 коек. Это была тяжелая ноша, было много трудностей, но, в тоже время перспектив тоже было немало.

– Помимо врачебной деятельности Вы в определенный момент повернулись лицом и к общественно-политической жизни Мурманской области и даже избирались депутатом горсовета г. Кирова. Все, казалось бы, складывалось вполне удачно. Хорошая престижная работа, уважение коллег, перспективы карьерного роста, – но все это вмиг было разменяно на возвращение в Южную Осетию.

– Во-первых, о возвращении на Родину я стал задумываться еще в конце 90-ых годов. И каждое лето, приезжая в отпуск к родителям, я каждый раз не хотел больше возвращаться на Север, хотя для профессионального роста там были, фактически, все условия. При этом, каждое лето на протяжении почти десяти лет я интересовался, есть ли у меня возможность трудоустроиться здесь, в Южной Осетии. Но мне всегда отвечали, что ставок хирургов в местной больнице нет. Не проявляя особенную настойчивость, я уезжал обратно... Однако в 2010 году мне позвонили и пригласили на работу, при этом, не озвучивая, где и в качестве кого меня собираются трудоустраивать. Но я, не раздумывая, все оставил и приехал. Было сложно взять на себя такую большую ответственность, но под напором мысли о том, что я могу жить на родной земле, помогать своим соотечественникам, родным людям, все эти опасения растворялись.

– Что стало для Вас самым сложным на начальном этапе работы после возвращения?

– Двадцать лет в постоянной напряженности, в состоянии войны, безусловно, изменили психологию людей, изменили отношение к работе. Люди стали более агрессивными, более восприимчивыми к любой, даже незначительной критической ситуации. Постоянное ожидание неизвестности сделали свое дело. А потому приходится не только лечить людей, но и находить нужные слова, уметь их выслушивать, общаться с ними, порой просто дать выговориться. Это одна сторона деятельности врача. С другой стороны, все ждут изменений в работе, которые ты за определенный короткий промежуток времени показать, тем более в определенных условиях, тоже не можешь. Быстрых перемен в нашей работе ждать не стоит априори. После двадцатилетней разрухи наша медицина пришла в полный упадок, хотя благодаря мужеству и выдержке наших врачей все эти годы здесь была возможность получать медицинскую помощь, но этот уровень невозможно сопоставить с тем, что от нас требуют реалии сегодняшнего дня. Невозможно надеяться, что за два-три года все может измениться. Нам еще очень многое предстоит сделать, чтобы уровень медицинского обслуживания населения повысился. И здесь вопросы упираются не только в материально-техническое развитие медучреждений, не менее важной составляющей является привлечение молодых специалистов, ведь очень долгое время больница испытывала серьезные проблемы с кадрами.

– Эта проблема и по сей день продолжает стоять на повестке дня довольно остро. Часто говорится о том, что молодых специалистов наша система здравоохранения встречает, мягко говоря, не радушно…

– На моей практике главврача Республиканской больницы не было еще случая, чтобы молодой специалист, обратившийся к нам в поисках работы, получил с нашей стороны отказ. Это касается только врачей. С медсестрами, конечно, сложнее. Ежегодно наше местное медучилище оканчивают десятки молодых специалистов среднего звена, трудоустроить которых местные медучреждения не могут по причине элементарного ограниченного количества мест. Но утверждение, что молодые врачи не могут у нас трудоустроиться, не имеет абсолютно никакого обоснования. У нас есть хорошее, достойное пополнение. Есть определенное количество молодых специалистов, которые свое будущее связывают с Южной Осетией и здесь ищут возможности для саморазвития в профессиональном плане. В прошлом году мы приняли на работу троих хирургов, готовых специалистов с хорошими перспективами. Два человека у нас учатся в ординатуре – хирург и травматолог...

– Можно ли надеяться, что уровень медицинского обслуживания населения в ближайшие годы может если не значительно, то хотя бы несколько повыситься? Уже одно то, что у нас стали проводиться современные лапароскопические операции на брюшной полости, можно считать определенным достижением, причем в определенной степени лично Вашим. Скольким людям уже удалось помочь?

– За эти годы мне удалось сделать около трехсот операций, из них более двухсот с помощью лапароскопа. Безболезненно, быстро, без рубцов, мы уже через 4-5 дней отправляем пациентов домой. Это, на мой взгляд, очень хороший показатель нашей работы, ведь не трудно представить, какие неудобства пришлось бы испытывать этим трем сотням человек для получения такой помощи за пределами Республики.

– Однако есть еще масса направлений, которые также требуют скорых изменений. В больнице по-прежнему нет томографа, современного рентгеноаппарата, не всегда есть возможность проводить анализы разных видов... Какие направления можно считать в настоящее время приоритетными?

– Рентгеноаппарат для нашей больницы уже приобретен, доставлен и должен быть установлен к концу первого квартала текущего года. Здесь следует отметить, что в ординатуре в настоящий момент у нас параллельно обучается и врач-рентгенолог, который после возвращения будет работать в нашей больнице. Так что проблем со специалистом тоже не будет. Что касается томографа, то его приобретение увязано со строительством операционного блока нашей больницы. В эти расходы, насколько я знаю, вписано и приобретение томографа... Вообще, много всего нам нужно, надо улучшать не только материально-техническую базу больницы, нужно повышать уровень проведения лечебных процессов. Хотя здесь все взаимосвязано. Без наличия хорошей диагностики невозможно провести качественное лечение. Уже и коллектив приходит к пониманию того, что нужно как-то перестраиваться, работать по-другому. Отправлять всех подряд на лечение за пределы страны мы не должны себе позволять. Есть, конечно, сложнейшие операции, скажем, в нейрохирургии, на сердце, на крупных сосудах и т.д., которые здесь мы никогда не сможем делать – такие операции делаются только в крупных медицинских центрах, однако что мешает нам делать обычные для любой больницы операции? Зачем нам отправлять людей за пределы Республики из-за операций по удалению грыжи, операций на венах, органах брюшной полости и т.д.? Мы с этим должны справляться сами. Народ наш в плане здоровья несколько запущен. Не у всех, к сожалению, есть возможность пройти квалифицированное обследование за пределами страны. И к нам они, как правило, обращаются уже на стадии запущенности, что намного труднее лечить.

– Скажите честно, бывают моменты, когда попросту опускаются руки?

– Нет. Никогда. Необходимо всегда идти вперед, несмотря ни на что и результат будет. Каким бы безнадежным на первый взгляд не был каждый отдельный случай, надо верить и делать все для достижения нужного результата. Работа главврача – больше административная и несколько рутинная. Но мне кажется, что я изначально правильно расставил акценты в своей работе. Есть административная работа, которую необходимо ежедневно осуществлять без каких бы то ни было сбоев, а есть другая сторона – врачебная практика. Нужно продолжать учиться, совершенствовать свои навыки, следить за тенденциями в медицине. И учиться, ведь врачи учатся фактически всю жизнь. А согласно известной истине, если знания не прибывают, то они убывают…