Нас признала Россия. Так вернулся мир в наши души. Так настал мир и на нашей маленькой земле, - воспоминания очевидца

Аза Тотоева, жительница города Цхинвал.

Война с семьей меня настигла дома, совсем неожиданно. Я сначала не поверила, что началась война, подумала, это просто перестрелки, но когда началась интенсивная бомбежка и обстрел, я поняла - началась война.

Оставаться дома больше не было возможности. Я, мой сын и невестка, которая вот-вот должна была родить, спустились в подвал под нашим домом. Сидя в подвале у меня была уверенность, что до утра вся эта перестрелка закончится, ведь такие перестрелки бывали часто. Но увы, на утро перестрелки не закончились, мало того, еще над нами начали летать грузинские самолеты.

Наш подвал не мог выдержать прямых попаданий снарядов, и мы перебрались к соседям, у которых уже собрались жители соседних домов.

До них мы добрались с трудом, так как обстрел не прекращался, тем более наша улица находится на окраине города – это рядом с дубовой рощей. Как нам стало потом известно, буквально в нескольких шагах от нас находились грузинские силовики. Когда мы добрались до другого подвала, я была удивлена, подвал был заполнен, никто из наших соседей не смог выехать из города и все вместе с детьми и близкими сидели в этом подвале, в том числе и моя дочь с ее детьми, мы живем на одной улице. Сына и невестку я оставила в этом повале, а сама спустилась в другой, который находился под ближайшим домом, там я застала двух моих соседок, как оказалось они, как только начались перестрелки сразу пришли сюда. Так мы начали укрываться от обстрелов. Временами я навещала своих детей в другом подвале, потом обратно возвращалась. Из пищи у нас был только хлеб и сыр. То же самое было и в соседнем подвале. К вечеру обстрел усиливался, мы думали, наш подвал не выдержит и на нас обрушатся стены. Всю ночь перестрелки не прекращались. Выйти из подвала фактически не было возможности. Из соседнего подвала доносились плач детей.

На второе утро стрельба немного затихла, она доносилась издалека и мы решили выйти из подвала. Я сразу направилась к своим детям. Возле подвала стояла толпа соседей, все осознали – это самая настоящая война и если они здесь останутся, то погибнут и надо как-нибудь выбираться из города. Все начали искать машины для выезда из города, в итоге нашлось четыре машины. Каждый из семьи решал, кого отправить из города. Выехать решили этим же днем, так как перестрелки немного прекратились. Когда люди начали уже сажаться по машинам к нам приехал сосед, который работал в структурах, он не позволил им выехать, сказав, что по дороге во Владикавказ везде находятся грузинские силовики, которые обстреливают машины и выехать невозможно.

Все решили остаться. Как потом выяснилось, большое количество выбиравшихся из пекла войны людей тогда были расстреляны прямо в своих машинах.

Под вечер опять начались сильные обстрелы города. На утро, приблизительно близко к часу дня, соседи все же решили ехать, все начали сажаться по машинам и в тот момент началась перестрелка. Быстрее – быстрее! Начали кричать мужчины. Надо ехать. Мои дети тоже решили поехать.. Спустя через несколько минут машины выехали. Сама я обратно спустилась к своим соседкам. Нас было три пожилых женщины. Честно говоря, я уже не надеялась на лучшее, мы просто сидели и ждали,- но чего, было не понятно. Хотелось верить в лучшее, но ситуация была очень плоха. На третий день наш сосед спустился к нам и сказал что возле гостиницы «Алан» стоят грузовики и оттуда везут всех желающих выехать. Мы переговорили с соседками и решили пойти туда, чтоб покинуть город. Вокзал находится близко к нашей улице, и мы решили пойти через садовые участки, так путь был короче и у нас был шанс пройти незаметно. Когда мы вышли, мы провалились буквально в болото. Как потом выяснилось, грузины спустили воду в город. Мы еле прошли этот участок по пояс в воде и с трудом добрались до гостиницы, там машины уже были готовы к выезду. Нас посадили, и мы двинулись в путь. Когда мы доехали до села Кусрет, нас начали обстреливать, и водители решили вернуться обратно. Выехать из города больше не было возможности. Домой мы пошли теми же путями которыми добрались до гостиницы. Мокрые, голодные мы еле добрались до подвала. Мы уже не ждали ничего хорошего.

На следующий день, на гул танков мы вышли из подвала, сначала я подумала, что это проклятые грузины, но потом увидела на них российские флаги и осознала - пришла помощь от России. Танков было очень много. Мы все вышли из подвала и встречали их со слезами радости.

В этот день перестрелки еще были слышны отовсюду, но на второй день все заметно затихло, стрельба шла только из отдаленных районах. Мы смело уже ходили по дворам. Судьбу своих детей я не знала, так как у меня не было телефона, куда они могли бы позвонить, да и связи не было.

Многие мои соседи вернулись в свои дома, но детей оставили там, опасаясь, что все начнется заново. Благодаря соседу я поговорила со своей дочкой. Она не ожидала еще услышать мой голос, потому что была уверена, что я мертва. Как мне рассказала дочка, по дороге во Владикавказ они попали под обстрел. Части мины попали под их машину, и они еле доехали до села Дзау, там они пересели на другую машину и поехали дальше. Так мы пережили войну. Какое-то время я не выходила из дома, осмысливая произошедшее. Но в один из августовских дней, выйдя и оглянувшись по окрестностям нашего района, я подошла к оживленной толпе людей, я поинтересовалась, чему они радовались. Нас признала Россия! С радостью и со слезами на глазах мне сказал мой сосед. Так вернулся мир в наши души. Так настал мир на нашей маленькой земле.