Храбрость - это когда о том, что тебе страшно, знаешь лишь ты один. История омоновца Алима Габараева

сб, 25/11/2017 - 14:34
VKontakte
Odnoklassniki
Google+

«Мужество – это когда заранее знаешь, что ты проиграл, и все-таки берешься за дело и наперекор всему на свете идешь до конца». Аттикус Финч

Алима Габараева, сотрудника ОМОН МВД Южной Осетии война августа 2008 года застала в 22 летнем возрасте. Можно сказать еще юношей, но, тем не менее, защищая родину, он проявил мужество и отвагу.
Шестое августа 2008 года Алим вместе со своей третьей ротой стоял на посту в селении Убиат. На следующий день, седьмого августа их должна была сменить другая рота, но грузинские снайперы устроили засаду, поэтому сменяющей роте пришлось пока остаться в городе, иначе выехав, они шли на большой риск.
Алим вспоминает, что смена к ним прибыла уже поздно ночью.
«Сразу по приезду другой роты, мы направились в город. Напряженное дежурство давало о себе знать. От усталости нас клонило в сон и, добравшись до работы, мы решили немного отдохнуть. Спустя несколько часов нас по тревоге подняли и отправили в селение Тбет, сообщив, что грузинская армия намерена прорваться в город. Но точная это была информация или нет, мы не знали», - рассказывает Габараев.

Восьмое августа. Он вспоминает, что близко к месту назначения их БТР начал перегреваться, и они смогли доехать только до входа в село. Там остановились и вышли. Спустя некоторое время омоновцы увидели приближающуюся к ним колонну бронетехники грузинской армии.
Тогда Алим не мог себе еще представить в какой ожесточенный и неравный бой он попадет, и сколько верных друзей потеряет.
Неравный бой, потому что против новейшей военной техники, включая танки и тяжелую артиллерию, у группы омоновцев были только автоматы, а также по одному гранатомету и пулемету.
«Через какое-то время мы услышали гул танков, а вскоре увидели грузинские подразделения. Мы толком не сообразили, что происходит, и если честно не верили, что грузинская армия решится войти в город, пока в нас не стали палить из всех видов оружия. Между нами завязался ожесточенный бой, но у противника было явное преимущество. Имея в арсенале только автоматы, гранатомет и пулемет, мы стали отбиваться от врага», - рассказывает Габараев.
По его словам, они пытались подбить гранатометом грузинский танк, который шел спереди, но их старания оказались тщетными, им не удалось даже остановить его. Тогда третья рота потеряла своего гранатометчика Алана Кабисова, грузины смертельно ранили его.
«Кабисов много раз выстрелил в танк из гранатомета, но не смог причинить ему вреда, железная машина продолжала на нас идти. Тогда мы поняли, что имеющееся у нас оружие бесполезно. В ходе жестокого боя наше подразделение разделились на группы. Я остался с Аланом Бежановым и Сосланом Кочиевым. Кочиева к тому времени тоже ранили. Колонны грузинской армии, не преставая стрелять, прошли в сторону города. Когда они от нас отдалились, и ситуация немного стихла, недалеко от себя я слышал стоны. Направившись туда вместе с Аланом, мы наткнулись на тяжелораненого Роина Джиоева», - говорит Габараев.
Перед Алимом и его другом встал нелегкий вопрос: как доставить раненого товарища в больницу.
«Мы не знали на чем его везти, у нас не было никакого транспорта. Как-то перевязали его раны, Алан направился на поиски машины в сторону села. Через короткое время он приехал на «уазике». Мы сразу же доставили Роина в городскую больницу. После пошли на работу, и вновь выехали в Тбет, но уже за тем, чтобы забрать тела убитых парней», - говорит он.
ОМОН в том неравном бою потерял одних из лучших своих бойцов - Алана Кабисова, Алана Санакоева, Сослана Малдзигова и Гайоза Биченова.
Роин Джиоев сам до сих пор с трудом верит в свое спасение. По его словам те события он помнит только до того времени пока его не ранили, а после в памяти запечатлелись только лица его спасителей.
«Когда наша рота попала под сильный обстрел грузинской армии, меня ранило. Сперва осколок пробил легкие, а потом уже подстрелили. То, что дальше там происходило, я не помню. Помню только лица ребят, когда меня нашли. Хорошо запомнил Алима Габараева, он начал перевязывать мне раны, а Алан нашел машину. Так меня спасли», - рассказал Джиоев.
Джиоева доставили пока в городскую больницу, а после отвезли во Владикавказ. И если бы не Алим и Алан, он бы не выжил, ранения были тяжелыми. До сих пор многие его коллеги удивляются спасению Роина.

Девятое августа. Война для Алима продолжалась. Он стоял на посту по улице Октябрьская, где раньше находился ОМОН, когда услышал по рации просьбу о помощи. Там сообщали, что сильно ранили командира Владилена Санакоева и его нужно госпитализировать. Раненый находился по улице Героев, где проходили ожесточенные бои.
Несмотря на стрельбу, Алим направился на машине в самое пекло огня и начал искать ребят. Раненый Владилен вместе с другими укрывался во дворе завода Эмальпровод. Алим чуть не попал прямо в руки врага, не зная точное месторасположение он, проехав мимо завода, направился прямиком к противнику. Его звали, но из-за грохота выстрелов он не слышал их. Алима с трудом все же смогли вернуть к Эмальпроводу. Он посадил раненого Владилена в машину и увез в больницу, где его спасли, оказав необходимую помочь.
Как позже вспоминал в интервью «Рес» Владилен Санакоев, если бы тогда, Алим рискуя жизнью, не отправился за ним, он бы не выжил.

Вечером девятого августа в городе пока шли бои. Но югоосетинские подразделения вместе с ополченцами уже одерживали первые победы над врагом, постепенно оттесняя его за пределы города. И, конечно же, не обходилось без жертв и ранений. Вечером Алима вновь вызвали. Ему сказали, что в бою с противником ранен командир ОМОН Мераб Пухаев, и его нужно доставить в больницу. Алим, вместе с еще одним сотрудником Сосланом Зассевым, первым замом Иналом Тедеевым и нынешним руководителем ОМОНа Игорем Плиевым поехали забирать командира.
Тогда они вместе провели еще одну удачную спасательную операцию.
В последующие дни Алим Габараев был задействован в операциях по зачистке города и его окрестностей. Только спустя несколько дней он смог проведать родителей, которые оставались одни в селении Залда. Родителей Алим застал живыми и невредимыми.
Алим не считает себя героем. Он рассуждает так: «да, было очень трудно, но я выполнял свой солдатский долг».
В августе 2008-го, окруженные врагом, под снарядами и бомбами, наши бойцы, ведя неравную борьбу, перенесли тяжелые испытания, теряя друзей и родных. Но они не сломались, дрались так же упорно и ожесточённо, как первое поколение защитников Осетии, воевавших за свободу своей Родины в 1989-1992 годах.
Имеем ли мы право забыть, какой ценой нам достались мир и свобода? Разве это не будет предательством перед памятью павших воинов, перед горем матерей, которые потеряли своих сыновей, одиноких вдов, осиротевших детей? Нет, мы не имеем право забывать. Каждый осетин всю жизнь должен хранить память о героях, отстоявших Родину.

Мой мир
Вконтакте
Одноклассники
Google+
Pinterest