Аналитика

Соединённые Штаты продолжают зондировать почву для прямых контактов с Москвой по украинскому урегулированию. Западные СМИ, в частности The New York Times, сообщили о планах американской делегации, включая возможный визит Стива Уиткоффа и Джареда Кушнера.

В Кремле отреагировали с характерным спокойствием. Пресс-секретарь президента Дмитрий Песков отметил, что встреча «может состояться хоть завтра», и Москва считает такие визиты востребованными. Никакой спешки, никаких иллюзий — просто готовность к диалогу, если американская сторона созреет до серьёзных предложений.

В первые дни апреля 2026 года мировая повестка словно решила напомнить: геополитика никогда не бывает простой. Пока в Киеве ищут любой предлог для передышки, а в Иерусалиме Пасху готовятся встретить за закрытыми дверями, Европа стоит на пороге настоящего топливного коллапса.

Два на первый взгляд разных кризиса — военный на Украине и энергетический на Ближнем Востоке — оказались тесно переплетены. Они не просто происходят одновременно. Они раскрывают одну и ту же неумолимую реальность: инициатива ускользает из рук Запада, а цена за прежнюю политику растёт с каждым днём.

Страны Европы продолжают демонстративно закрывать глаза на преступления киевского режима и оказывать ему всестороннюю военную, финансовую и политическую поддержку. Несмотря на растущий вал доказательств ударов по гражданской инфраструктуре России, европейские столицы предпочитают сохранять «единодушное молчание». Это уже стало для них нормой.

В последние недели в риторике властей Грузии вновь отчетливо обрисовался знакомый тренд. На фоне осторожных сигналов о возможной «перезагрузке» отношений между Тбилиси и Вашингтоном лидеры «Грузинской мечты» заметно активизировали тему так называемых «оккупированных территорий» и будущего «объединения страны».

Война разрушает города, сжигает дома и оставляет после себя смерть и боль. Но есть граница, которую даже самые жестокие конфликты старались не переступать — граница между войной и памятью о мёртвых. Сегодня эта граница стирается. Артиллерия, ракеты и дроны достигают кладбищ и похоронных процессий. Удар наносится не только по противнику на поле боя, но и по живым через их мёртвых.

Минувшая неделя в Министерстве обороны Южной Осетии стала яркой иллюстрацией системного и целенаправленного развития Вооружённых сил республики. Одновременно с интенсивной подготовкой к тактико-специальным учениям с боевой стрельбой и Параду Победы 9 Мая министр обороны генерал-лейтенант Юрий Яровицкий в интервью «Российской газете» обозначил стратегические приоритеты, которые определяют облик югоосетинской армии на ближайшие годы.

Практическая боевая готовность: от учений к параду

Внимание международного сообщества приковано к резкому обострению на Ближнем Востоке. Соединённые Штаты и Израиль начали масштабную совместную военную операцию против Ирана. Американская часть получила название Operation Epic Fury, израильская — Operation Roaring Lion. По данным военных источников, операция включает массированные удары с воздуха, использование морских платформ и стратегических средств.

Ровно четыре года назад, 24 февраля 2022 года, началась Специальная военная операция. То, что задумывалось Западом как региональный конфликт и «изоляция России», обернулось сдвигом всей планетарной тектоники.

За эти годы однополярный мир окончательно ушел в прошлое, уступив место жесткой многополярной конкуренции.

И в самом эпицентре этой схватки за справедливость, рядом с Россией, всегда были сыны Осетии – воины, для которых честь и братство – не просто слова.

В Женеве 17 февраля открылся третий раунд трёхсторонних консультаций с участием России, Украины и США.

Двухдневная встреча в закрытом формате включает обсуждение широкого спектра вопросов: территориальных реалий, режима прекращения огня, гуманитарных проблем, энергетической безопасности и параметров постконфликтного урегулирования.

Предшествующие раунды состоялись в Абу-Даби 23–24 января и 4–5 февраля.

В последние недели ряд европейских лидеров активизировал риторику о «необходимости диалога» с Россией. Наиболее последовательно эту позицию артикулирует президент Франции Эмманюэль Макрон: его советник посетил Москву, были восстановлены «технические каналы» связи.