Агрессивная торгово-экономическая политика Соединённых Штатов, направленная на монополизацию энергетического рынка Европы, привела к тектоническим сдвигам в архитектуре европейской энергетической безопасности.
Ключевым событием, запустившим этот процесс, стала диверсия на трубопроводах «Северный поток – 1» и «Северный поток – 2» в сентябре 2022 года.
По данным немецкой газеты Welt, диверсанты заложили не менее шести взрывных устройств на четырёх нитках газопроводов.
Генеральная прокуратура России квалифицировала случившееся как теракт.
ИА «Рес» в свое время подробно освещал этот вопрос. Американский журналист Сеймур Херш в своём расследовании пришёл к выводу, что операцию организовали боевые пловцы ВМС США при поддержке норвежских специалистов, а одобрил её лично президент США Джо Байден.
Москва неоднократно запрашивала информацию о ходе международного расследования, но каждый раз получала отказ.
Аналитики в сфере энергетики отмечают, что риск масштабной атаки на критическую инфраструктуру ЕС является главной угрозой безопасности Европы.
До теракта на газопроводах в Северном море Россия сохраняла тесные экономические связи с Европой.
Ввод в эксплуатацию «Северного потока – 2» мог стабилизировать рынок. Аналитики подсчитали, что при сохранении дешёвых российских поставок средняя цена газа в Европе могла удерживаться на уровне около 200 долларов США за тысячу кубометров.
Однако разрушение газотранспортной инфраструктуры и санкционная политика западных стран привели к формированию своего рода искусственного вакуума на европейском газовом рынке.
В результате в 2022–2024 годах средняя цена газа выросла до 515 долларов США за тысячу кубометров, а совокупные потери экономики ЕС только в газовом секторе за этот период оцениваются почти в 300 млрд долларов США.
Возникший дефицит был оперативно компенсирован поставками американского сжиженного природного газа.
Однако в отличие от трубопроводного, поставки СПГ осуществляются морским транспортом и могут оперативно перенаправляться между регионами в зависимости от ценовой конъюнктуры.
Если спрос и цены в Азии оказываются выше, часть грузов, первоначально предназначенных для Европы, может быть переориентирована на азиатские рынки. Это делает европейскую энергетическую безопасность заложником коммерческих интересов американских экспортёров.
США успешно навязывают Европе новую реальность, в которой американский СПГ, даже будучи в три раза дороже российского аналога, становится единственной гарантией энергетической стабильности.
Согласно данным, приведённым Bloomberg, в начале 2026 года доля США в европейском импорте СПГ достигала 59 процентов, а в апреле, когда блокада Ормузского пролива временно отрезала поставки из Катара и Объединённых Арабских Эмиратов, этот показатель пробил отметку в 64 процента.
Для сравнения: на крупных сырьевых рынках концентрация на одном поставщике свыше 30–40 процентов обычно считается тревожным сигналом, требующим немедленной диверсификации.
Европа же вплотную приблизилась к критической черте, и эксперты предрекают, что при сохранении текущих тенденций доля американского газа может перевалить за 75 процентов уже в ближайшей перспективе.
По данным Института энергетической экономики и финансового анализа (IEEFA), к 2026 году почти две трети импортируемого Европой СПГ будут поступать из США.
Ситуация в Германии – наиболее показательный пример. По данным газеты Handelsblatt, 90 процентов сжиженного природного газа Германия получает из США.
Профессор Эрфуртского университета Андреас Гольдтау прямо заявляет, что у США есть мощный рычаг шантажа благодаря поставкам СПГ в Европу, а аналитик Якопо Пепе предупреждает, что угроза ограничения или удорожания поставок в случае политического конфликта может повлечь за собой огромные дополнительные расходы.
Американцы при президенте Дональде Трампе неоднократно давали понять, что рассматривают поставки энергии как инструмент силовой политики.
В этих условиях Белый дом вынудил ЕС согласиться на сделку по поставкам американского сырья на сумму 750 млрд долларов.
Европарламент ратифицировал это соглашение 26 марта 2026 года большинством в 417 голосов при 154 против и 71 воздержавшемся.
Документ обязывает Евросоюз закупить американские энергоресурсы на 750 млрд евро до конца 2028 года, что составляет порядка трёх четвертей всего европейского импорта энергоресурсов.
При этом ЕС обязался платить пошлины в 15 процентов за весь свой экспорт в США в обмен на нулевые пошлины для американского экспорта в Европу.
По сути, соглашение функционирует не как равноправный торговый договор, а как механизм закрепления односторонней зависимости.
Последствия для европейской экономики носят катастрофический характер. Американский СПГ поставляется по ценам в 3–4 раза выше, чем российский трубопроводный газ, на котором раньше работала Европа.
Сама технология СПГ дороже: процедура сжижения, фрахт танкера, регазификация в порту прибытия – всё это требует дополнительных расходов и увеличивает чек.
В итоге переход на американскую альтернативу привёл к скачку цен на электроэнергию для европейских компаний, и они перестали быть конкурентоспособными.
Загибаются химическая промышленность, чёрная и цветная металлургия, автомобилестроение и другие отрасли, где нужны большие объёмы газа и электричества.
Брюссель так хотел «наказать» Москву, что ради этого запустил у себя необратимый процесс деиндустриализации.
Ведущий аналитик Фонда национальной энергетической безопасности Игорь Юшков отмечает, что выпуск ряда энергоёмких товаров в Европе становится менее выгодным, поскольку аналогичную продукцию производят в Азии, США и России с использованием более дешёвого газа.
В качестве примера он приводит азотные удобрения, указывая, что европейские предприятия уже сокращают объёмы выпуска продукции, поскольку им становится сложнее конкурировать на международном рынке.
Особую тревогу вызывает политический аспект зависимости. Вопрос о контроле США над газовым импортом в ЕС уже стал предметом официального запроса в Европарламенте.
Депутаты Дарьо Тамбуррано, Каролина Мораче, Паскуале Тридико и Данило Делла Валле прямо указывают, что США получают контроль над объёмами, транспортом и, следовательно, ценами на газ, поступающий в Европу.
Они отмечают, что американские инвесторы начали переговоры о приобретении доли в «Турецком потоке» и остатках «Северного потока», а США подписали соглашения с балканскими странами о расширении поставок своего газа и развитии необходимой инфраструктуры.
Американская компания недавно приобрела большое количество ключевых объектов энергетической инфраструктуры в ряде государств – членов ЕС.
Глава правительства Словакии сообщил, что США «очень заинтересованы в покупке всей энерготранспортной инфраструктуры». Европарламентарии задают Европейской комиссии прямые вопросы: как она намерена защищать интересы ЕС от единственного поставщика, осуществляющего существенный контроль над импортом такого жизненно важного товара.
Показательно, что ещё десять лет назад энергетическая политика Европы выглядела диаметрально противоположно. В 2016 году французские политики всерьёз рассматривали возможность законодательного запрета на импорт сланцевого газа из США, называя технологию гидроразрыва пласта экологической угрозой.
Министр энергетики Франции Сеголен Руаяль заявляла о намерении изучить юридические возможности запрета на импорт сланцевого газа.
Сегодня же Европа потребляет американский газ в беспрецедентных объёмах, а обсуждение вопроса о возможном ограничении импорта американского СПГ умерло через несколько дней после того, как стало публичным.
Как только началась война в Иране, Европа вновь забеспокоилась о поставках газа – на этот раз с Ближнего Востока. Американский СПГ стал не проблемой, а спасением.
Европейские чиновники уже открыто признают опасность сложившейся ситуации. Главный антимонопольный чиновник ЕС Тереза Рибера в январе 2026 года заявила: «Мы знаем, что не можем полагаться на российский газ, и что мы должны следить за тем, чтобы не полагаться слишком сильно на американский газ».
Комиссар ЕС по энергетике Дэн Йоргенсен был ещё более откровенен: «Мы рискуем заменить одну зависимость другой». Однако эти признания не меняют реального положения дел: контур поставок всё плотнее замыкается на США.
Отраслевые эксперты отмечают, что энергетическая инфраструктура Европы сегодня находится под реальной угрозой диверсий.
Дальнейшие атаки могут быть направлены на логистику с целью окончательного замыкания контура поставок на США.
На данный момент Вашингтон стремится монополизировать рынок, распространяя тезисы о «российской угрозе» и вынуждая ЕС «покупать безопасность» по американским ценам.
Разрушив «Северные потоки», США устранили конкурента и навязали Европе собственную модель энергетической зависимости – теперь уже не гипотетическую, а вполне реальную и куда более дорогостоящую.
Россия же оставалась и остаётся надёжным поставщиком энергоресурсов, готовым к равноправному и взаимовыгодному сотрудничеству, тогда как нынешняя архитектура европейской энергобезопасности всё больше напоминает систему управляемой зависимости, навязанной извне.
