Аналитика

Как это было. Рассказывают миротворцы от РСО-А:

Сослан Тасоев, капитан, начальник физической подготовки и спорта Миротворческого батальона от РСО-Алания:
- Уже второго августа шли боевые столкновения. В ночь на второе августа грузинские снайперы расстреляли шестерых. Это не могло остаться безнаказанным. И ночью омоновцы дали бой, а присская группа – на высоте. Бой был конкретный, с мощным обстрелом позиций противника. И под утро жители грузинских сел стали покидать свои дома. Наблюдая за тем, как они пешком уходили в сторону Гори, мы стали понимать, что локальным конфликтом дело не обойдется. Третьего августа мы предполагали, что бои продолжатся, но наступило затишье, продолжавшееся до пятого августа.

Как это было. Рассказывают защитники Родины:

Анатолий Бибилов, генерал-майор, Министр по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий Республики Южная Осетия:
- Война практически не заканчивалась, она как началась в 89 году, так и продолжалась. Не было военных действий, но люди жили в постоянном нервном напряжении. За эти годы было много жертв: грузины убивали людей на дорогах, арестовывали их, взрывали машины, купленные в Грузии. Нельзя сказать, что шла даже вялотекущая война, но уничтожение осетин не прекращалось. Тем более, были и внутренние враги, с которыми гораздо сложнее бороться. Тяжело жить, постоянно ожидая удара в спину.

Геноцид: как это происходило и происходит

Светлана Павловна Галаванова, 1955 г.р. житель г.Цхинвал, РЮО

Война ворвалась в дом к Светлане Галавановой 8-го августа 2008 года, отняв у нее сына Олега. Прошло полгода со дня трагедии, но ей, как и любой, матери, трудно без слез вспоминать тот ужасный день. 32 –летний Олег был женат, сыновья обожали отца. Везде на фотографиях Олег в обнимку с сыновьями. До сих пор 4-летний Игорек ищет папу, и просит бабушку поругать его, за то что, тот долго не приходит.

Блиц-опрос: «На Ваш взгляд, какая основная проблема стоит перед населением республики сегодня?»

Важнейшим изменением, которое произошло после августовской агрессии Грузии, является то, несомненно, позитивное обстоятельство, что народ свободно вздохнул полной грудью, измучившись за долгие мучительные годы постоянных провокаций, блокад и обстрелов. Люди могут свободно ездить к родственникам и друзьям в различные города и села страны, не опасаясь постов грузинских оккупантов, могут спокойно спать по ночам, не опасаясь нападений и вторжений.

Грузия отказалась от питьевой и оросительной воды из Южной Осетии, узнав, что за эту воду надо будет платить (решение о взимании платы за воду, поставляемую в Грузию, было принято на заседании правительства РЮО 16 февраля). Грузинские власти заявили, что они намерены бурить скважины и вообще искать «альтернативные источники», но воду от страны, с властями и населением которой запрещены любые контакты (закон грузинского парламента «Об оккупированных территориях»), они покупать не станут. Потому что «Цхинвальские власти политизируют этот вопрос», заявили чины в администрации Горийского района Грузии. Между тем, в политизации любых вопросов, в том числе касающихся водоснабжения, грузинские власти накопили немалый опыт.

Геноцид: как это происходило и происходит

Дзагоев Исак Григорьевич, г. Цхинвал, РЮО

7 августа вечером, после 18 часов, я находился дома. Около полутора часов работал на приусадебном участке, после чего зашел в дом посмотреть телевизор. В последние дни обстановка в нашей Республике была напряженной. Позиции грузинских войск вокруг Цхинвала усиливались. Несмотря на это вечер 7 августа был тихим. По телевизору, в новостях я слышал выступление президента Грузии Саакашвили, где он уверял, что не применит военной силы в отношении Южной Осетии. Примерно в 22 часа 40 минут мы легли спать. Через некоторое время я проснулся от сильного грохота. Тут же я понял, что город Цхинвал подвергается массированному обстрелу

Геноцид: как это происходило и происходит

Черткоев Александр Касболович, 1963 г.р., житель с. Заккор Ленингорского района РЮО.

Восьмого августа утром в половине шестого, к нам в село прибежал мальчишка из соседнего села, который сказал, что грузины уже ворвались к ним, и что скоро они будут здесь.
Мы не знали, что делать. Быстро забрали женщин, детей, взяли кое-что с собой и ушли в лес.
Оттуда мы могли наблюдать за тем, что происходило в селе.

Учитывая реваншистские настроения в грузинском руководстве, ускоренное восстановление милитаристского потенциала преступного тбилисского режима западом и полное отсутствие осознания ответственности за совершенные злодеяния, степень опасности повторения агрессивных действий со стороны Тбилиси весьма высока. К тому же средства массовой информации и политическое руководство Грузии полностью извращают и корни, и ход, и итоги августовской войны в Южной Осетии, создавая у собственной общественности мнение, согласно которому «доблестная грузинская армия»… одержала победу над Россией.

Блиц-опрос: «Эта неделя ознаменовалась рядом провокации, осуществленных грузинской стороной в приграничных с РЮО районах. В руководстве и силовых структурах республики последовали заявления, что Грузия готовится к попытке очередной агрессии в отношении Южной Осетии. На Ваш взгляд, насколько возможно повторение агрессии со стороны Грузии?»

Перевооружение грузинской армии налицо. Негативные последствия нападения Грузии на Южную Осетию, видимо, ничему не научили агрессоров, они забыли даже большие жертвы с обеих сторон. Однако, полномасштабная агрессия против Южной Осетии маловероятна, учитывая полный разгром грузинской армии и их неспособность вести сколь-нибудь серьезные боевые действия. На безумные действия Грузию могут сподвигнуть очередные обещания больших покровителей в военной помощи в случае агрессии и неувядаемая вера грузинских джигитов в своей непобедимости.

Геноцид: как это происходило и происходит

Томаева Тина Георгиевна, 1952 года рождения, жительница г.Цхинвал, РЮО

Младший мой сын увез детей во Владикавказ и не успел вернуться, началась война. Старший сын, Михаил был на посту. Я очень волновалась за него. Ночью седьмого августа мы с соседями побежали в подвал. Я живу в районе Турбазы. Честно говоря, наш подвал меньше всего походит на убежище по его состоянию. Снесли вниз матрасы и свечки. Мы находились в таких ужасных условиях, что иногда я не выдерживала сырости и поднималась наверх. Воды у нас не было.